Бай Ганьо – гений выживания.

Бай Ганьо – гений выживания.

О Счастливчике Алеко Константинове и его ожившем персонаже.

Подруга дала мне сборник повестей и рассказов болгарских писателей “Болгары старого времени”. Так я познакомилась с прекрасным писателем Алеко Костантиновым и его колоритным персонажем Бай Ганьо. Сегодня в день рождения писателя по прозвищу Счастливчик захотелось что-нибудь почитать про него и Ганьо Балканского.  Так я обнаружила замечательное эссе Георги Данаилова. В нем он пишет: «Бай Ганьо – гений выживания. Болгар, возможно, не существовало бы после семисот пятидесяти лет рабства, если бы они не обладали жизненной силой, стойкостью и гибкостью характера героя Алеко Константинова». Решила поделиться эссе, болгарам даю ссылку http://www.slovo.bg/showwork, а русскоязычным – мой перевод. Не судите строго, я не переводчик, и болгарский знаю не очень. Но уж очень захотелось, чтобы как можно больше русскоязычных узнали об Алеко Константинове и прочли его книгу “Бай Ганьо”.

13 января в Болгарии отмечают день рождения писателя Алеко Констатинова (псевдоним – Щастливец, то есть Счастливчик). Он родился в болгарском городе Свищов 157 лет назад в семье местного торговца. Учился в Свищове, затем в гимназии в Габрово. Среднее образование получил в России в городе Николаев, в 1885 году поступил в Новороссийский университет. Работал в Софии судьей, прокурором, адвокатом. Член Высшего македонского комитета, Совета попечителей славянской беседы, Болгарского национального образовательного общества, Комиссии по развитию местной промышленности, Общества содействия развитию искусств, Музыкального общества, Театрального комитета. Он дал начало организованному туризму в Болгарии, создав Первую туристическую ассоциацию. Был убит во время неудавшегося теракта против его товарища по партии возле села Радилово. Среди самых известных произведений Алеко Константинова „До Чикаго и назад“, „Бай Ганьо“, „Разни хора, разни идеали“, „Пази боже сляпо да прогледа“ и др.

Счастливчик и его герой. Эссе Георгия Данаилова.

В мире литературы очень мало случаев, когда персонаж,
созданный автором, неожиданно появляется из письменных строк, спрыгивает с
ручки, отряхивается, прощается с родителем и начинает путешествовать по миру.
Мы встречали их: это Дон Кихот, Швейк, барон Мюнхгаузен и … и только, разве
что еще Тартарен Альфреда Доде, соскользнув со страниц, начинает спотыкаться,
сереть и теряться в толпе …

В болгарской литературе есть только один Счастливчик, который создал подобный персонаж. Его зовут Алеко Константинов, рожден в Свищове в 1863 году, убит на дороге между Пещерой и Пазарджиком в 1897 году. Юрист, писатель, публицист, который любил подписываться «Счастливчик», демократ, любитель природы и музыки, альпинист, путешественник, богемный человек, один из немногих духовных аристократов и, несомненно, один из величайших талантов в болгарской литературе. К сожалению, он покинул мир слишком молодым. Но такова судьба самых одаренных людей Болгарии, у которых либо не было времени развить свой дар, либо они были лишены свободы выразить его.

Описав Америку в путевых заметках – одной из лучших книг жанра об этой стране – «В Чикаго и обратно», с горькой улыбкой, любовью и омерзением, Алеко Константинов создал образ человека, которого мы встречаем каждый день в нашей жизни, которого ненавидим и тайно ему симпатизируем, хотим выгнать из дома, но оставляем заднюю дверьоткрытой. В трудные времена нам нужна его находчивость и удивительная приспосабливаемость. Мы ненавидим его за высокомерие, хвастливость, жадность, простоту, и все же мы трагически осознаем, что человек не терпит в других именно те черты, которыми сам обладает.

Алеко Константинов создал своего героя без особых усилий, с аристократической небрежностью. Он назвал его Ганьо по имени какого-то торговца розовым маслом из Казанлыка, которого встретил в Чикаго, добавил прозвище Балканский – смелое, но справедливое обобщение,  и написал о нем фельетоны. Характер, изображенный в них, настолько плотен, настолько разнообразен и верен, что очень часто сборник фельетонов и невежды и искушенные читатели  называют романом.

Люди настолько близко восприняли Ганьо Балканского, что почти забыли о его литературном происхождении. Персонаж этот настолько реальный, деятельный, противоречивый, что, как живой человек, сумел объединить собой всё: и приключения в Праге, Вене, Швейцарии и России, посещение болгарского дворца, секреты журналистики, беспринципность политики и умение  побеждать на выборах …

Социалистическая критика объявила, что бай Ганьо – классовый, а не национальный образ, типичный представитель зарождающейся болгарской буржуазии. Таким образом, она пыталась приписать ему негативные черты буржуазии. Но ведь этот проклятый класс, только вдохнув воздух, ослабел, а потом и вовсе был уничтожен за полвека социалистического строя, а герой Алеко, к удивлению марксистов, продолжал шагать на демонстрациях под красными флагами. Теперь, когда мы ждем, что из хаоса родится новое общество, Ганьо Балканский по-прежнему жив и здоров, вездесущ и непоколебим. Оставив своего создателя, он больше уже не имя нарицательное. Он теперь даже героический образ. Народное воображение сделало из него супергероя, мужчину хоть куда – сексуального гиганта и одновременно «ума палата», того, кто всегда находит нестандартные решения любых проблем. Несмотря на то, что Ганьо иногда жестко высмеивают, у народа нет к нему ненависти, как и у самого Алеко Константинова. Однако ведущие болгарские критики не скрывают своего неприязненного отношения к этому типу. Мне кажется, что эта элитарная ненависть вызвана, в первую очередь, желанием отличиться от него любой ценой. А это не всегда возможно.

Примечательно, что ожившие персонажи мировой литературы – и Дон Кихот, и Швейк, и Мюнхгаузен, и Тартарен, и Остап Бендер, конечно же, и малоизвестный (слава Богу) за границей Ганьо Балканский Алеко Константинова, написаны с улыбкой, даже с насмешкой. Только Дон Кихот не принимает насмешки Сервантеса, он фактически противостоит своему создателю, и из комического по замыслу персонажа превращается в трагически-благородный образ, который бродит по миру и вызывает у нас горькую симпатию. Другие литературные существа имеют чувство юмора и смеются над собой, вместе со своим автором и с народом, который дописывает их. И все же почему юмор ярче, чем грусть?

Какой самый счастливый день в твоей жизни? – спросили однажды
Алеко Константинова. И он ответил: «День, когда у меня возникла  идея написать «Бай Ганьо».

Некоторые люди мрачно верят, что Алеко Константинов создал тогда
и своего убийцу. 1 мая 1897 года наемные убийцы застрелили 34-летнего писателя.
Говорят, что по ошибке.

Спустя годы великий болгарский художник Илья Бешков
нарисовал мультфильм, который приобрел огромную популярность. На земле лежит застреленный
Алеко Константинов, над ним склонился Ганьо Балканский. Надпись гласит: «Ты ли
это сделал, бай Ганьо? Остановил меня?»

Однако я не хочу принимать персонаж Алеко в качестве убийцы. Такая кровожадная болгарская версия Франкенштейна может показаться подходящей для нашей реальности, и метафора впечатляет, но мое представление о Ганьо Балканском не позволяет сделать из него отцеубийству. Потому что я знаю, что, помимо всех его недостатков и отталкивающих качеств, это способный человек, и не обязательно злой – просто он гений выживания. Болгар, возможно, не существовало бы после семисот пятидесяти лет рабства, если бы они не обладали жизненной силой, стойкостью и гибкостью характера героя Алеко Константинова.

Итак, г-н Балканский жив и здоров, а от Алеко Константинова в его родном доме осталось только сердце, хранящееся в бутылке со спиртом, которое уже давно потеряло свой цвет. Бессмысленный, уродливый остаток. Желтоватый мышечный орган имеет мало общего с той великой душой. Рядом с сердцем в стеклянном шкафу хранится одежда, которую носил Счастливчик в день, когда его застрелили. На рубашке видны ржавые пятна крови. В стороне лежат гипсовые слепки со следов убийц, с грубых, больших ножищ, убежавших в ад!

В городском саду Свищова возвышается чудесный бюст Алеко
Константинова, созданный Жеко Спиридоновым. В этом бюсте есть что-то вызывающее
и необычное – это рука Алеко с сигаретой между пальцами и едва заметная улыбка
в пристальном взгляде. Зимой снег надевал ему на голову белую шапку, осенние
листья покрывали его плечи эполетами из старого золота, и я верил, что птицы
его пощадят. Ученики в школе, носившей его имя, каждый день проходили мимо памятника
и были довольны тем, что Алеко все также курит сигарету на виду у учителей и
все смотрит на Ниагару. И подпись под бюстом более чем особенная: «Алеку!»
Какой писатель, политик, общественный деятель может похвастаться такой близостью
к народу?

Когда несколько лет назад в Чикагском университете было
решено поставить бюст Алеко Константинова, они сделали копию с работы Жеко
Спиридонова – только без рук! И, соответственно, без сигареты (неизвестно, как еще
отнесутся американцы к сигарете). Так что в Америку отправилась улыбка Алеко
Константинова. Ей суждено было снова пересечь океан. И это не мало…

Источник

Редакция

Редакция Европейской службы новостей «Болгарская лента»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *